Признаюсь - это несвоевременное по многим причинам дополнение. Я не готов взвешенно и объективно излагать то, о чем пойдет речь. Но и не написать ничего не могу, поскольку я, благодаря Интернету, вскоре после окончания работы над книгой, но до ее выхода в свет, уже познакомился с некоторыми идеями, содержащимися в работе Андрея Склярова, важными для трактовки многих затронутых в книге вопросов, а по техническим причинам книга сегодня (сентябрь 2000 г.) еще не отпечатана. Так что сделать вид, что я с этой работой не знаком, не могу. Но и обсуждать ее подробно в связи с материалами книги не могу тоже - объем и "емкость" работы Склярова таковы, что требуют значительного времени на ясное осмысление, а мой строгий редактор и издатель справедливо торопит меня с полным завершением всяческих вставок. И я решил использовать случай и поделиться с вами некоторыми впечатлениями и ассоциациями, которые возникли у меня при начале знакомства с трактатом (так называет работу сам автор) А.Ю.Склярова "Нелепая попытка примиренческого шарлатанства (Основы физики духа)".
Само название и определенный автором жанр с очевидностью свидетельствуют, что эта работа лежит вне рамок "официальной науки". Поскольку и прочитанная Вами книга лежит вне тех же рамок, можно предположить, что авторы обеих работ должны быть "одного поля ягоды". Я не знаком лично с Андреем, но вот характерный, как мне кажется, отрывок из его письма ко мне, касающийся как раз вопроса об этике научных дискуссий и отношений "официальной" и "альтернативной" науки. В ответ на мои соображения об этом и после знакомства с "Необходимым предуведомлением" настоящей книги, Андрей сообщает свои "соображения и мысли по поводу как Вашего письма, так и Предисловия. <Вы пишете>: "любопытное наблюдение - часто собеседники просто "не слышат" друг друга, и каждый упорно отстаивает "свои" постулаты вне зависимости от аргументации собеседника. Не по злой воле. По какой-то интеллектуальной глухоте. Я вижу в этом подтверждение моих тезисов об особенностях аксиоматического мировоззрения". Здесь еще проявляются "пережитки" старых традиций в обществе типа "презумпции виновности". Авторов всегда пытаются в чем-то уличить, разоблачить, показать несостоятельность, вместо того, чтобы признать возможность их правоты (хотя бы в чисто теоретическом или логическом плане) - что, кстати, сочеталось бы с Вашим подходом об индивидуальности набора аксиом - и анализировать чужую точку <зрения> по существу, совмещая это с поиском истины, а не "распиная на кресте признанной точки зрения" [17.08.00]. Так что похоже, что мы с Андреем действительно "духовные земляки". При этом, естественно, в чем-то мы совпадаем (и близко!), в чем-то же расходимся (и далеко!), но главное заключается в том, что нам интересно общаться и не обидно спорить.
Очень важно, что в одном из ключевых мировоззренческих вопросов - вопросе о Вере я полностью солидарен со следующим программным положением Склярова: "Вопрос о существовании сверхъестественного не относится к сфере научного исследования, а лежит в плоскости веры. Поэтому если кто-то будет склонен рассматривать выводы данного трактата в качестве доказательств существования Бога или иных сверхъестественных сил, то пусть это остается его личным делом. Автор же, отбросив попытки поиска за и против в самом начале осмысления материала и положившись только на логику, оставил данный вопрос на волю судьбы" (Скляров).
Теперь по существу трактата. Еще раз повторю, что это не разбор, не рецензия, а только первые впечатления, важные только потому, что "резонируют" с определенными темами настоящей книги. Главной идеей трактата можно считать утверждение о том, "-что разделение на материализм и идеализм является абсолютно искусственным изначально. Нельзя отдельно рассматривать мир материальный и мир духовный; они объективно существуют вместе, взаимосвязаны и, следовательно, имеют единую основу. Дух и материя - всего лишь две стороны одной медали. Нет первичности одной субстанции по отношению к другой, есть их равноправное положение" (Скляров).
Еще одна логичная и точная констатация, которая, как мне кажется, должна многим прояснить суть вопроса о взаимоотношениях философских "измов": "Общей бедой подавляющего большинства участников поиска первоосновы является их приверженность догмату о приоритете одного мира над другим, приводящая к тому, что в одном случае основа материального мира (сама материя) провозглашается основой заодно и мира духовного, а в другом - основа духовно-нематериального мира (дух, духовная субстанция) основой заодно и мира материального. Результатом такого подхода являются отрицательные итоги попыток получения свойств, скажем, духовного мира из свойств материи, и свойств материального мира из свойств духа, поскольку данная задача просто не имеет решения вследствие громадной разницы между свойствами духа и материи, что и делает спор материалистов и идеалистов безрезультатным" (Скляров).
Кстати, то, о чем спорят философы, часто "легко" разрешается в поэзии. Вот, например, как Давид Самойлов (Самойлов, 39) видит проблему существования духовных субъектов:
Неверие тому, что даже очевидно.
Мир полон призраков, как Лысая гора.
Ни пенье петуха, ни жаркая молитва
Не прогоняют их с утра и до утра.
Рассматривая физическую картину мира, Скляров приходит к тому же самому выводу, который сделан и в настоящей книге - выводу о том, что физическое пространство материально. Вот как он говорит об этом: "Но если вакуум есть форма материи (пусть даже скрытая), проявляющая на глубоком микроуровне те свойства, благодаря которым его и причисляют к материи, то тогда пространство на макроуровне тоже должно быть скрытой формой материи, т.е. пространство является именно формой материи, а не некоей геометрической абстракцией" (Скляров).
Очень точно (с моей точки зрения) сказано об онтологическом аспекте теории Большого Взрыва: "если современные физические теории показывают, что для возникновения Вселенной не требуется первоначального (и тем более вечного) наличия материи, являющейся основой всего сущего с точки зрения одного философского направления, то эти же теории (со всей своей беспощадностью к любой идеологии) показывают. Что для этого не требуется и некоей высшей непознаваемой иррациональной силы, составляющей основу другого философского направления; показывают, что все подчиняется определенным законам, которые могут быть познаны человеком" (Скляров).
Развивая основной тезис о равноправии материального и духовного и об их равной вторичности по отношению к некоторой дуальной первосубстанции, Скляров находит и весьма глубокий философский первоисточник (или, точнее, одно из звеньев цепочки первоисточников, наиболее явно выраженное в эпоху формирования современной научной парадигмы) - философию Джордано Бруно. Оказывается, что кроме общеизвестных в настоящее время идей о множественности обитаемых миров, Джордано Бруно высказывал и очень глубокие мысли на тему о существе сущего. "-хотя и спускаясь по этой лестнице природы, мы обнаруживаем двойную субстанцию - одну духовную, другую телесную, но в последнем счете и та и другая сводятся к одному бытию и одному корню (Дж.Бруно, Диалоги).
Имеется первое начало вселенной, которое равным образом должно быть понято как такое, и о котором из уподобления ранее сказанному можно заключить, что оно есть абсолютная возможность и действительность. Отсюда нетрудно и не тяжело прийти к тому выводу, что все, сообразно субстанции, едино, как это, быть может, понимал Парменид-(там же)" (Скляров).
Рассмотренная с этой точки зрения, личность Джордано Бруно, также как и Галилео Галилея, представляется гораздо более объемной, чем это кажется со стандартных позиций. В связи с этим хочу заметить, что и трагический конфликт его с церковью может оказаться гораздо сложнее схемы "католическое мракобесие против научной истины".
В связи с тем, что духовный мир (по терминологии Склярова "духовно-нематериальный") в рассматриваемом подходе является симметричным "альтер эго" мира материального, Скляров логично считает, что "в основе духовно-нематериального мира лежит духовно-нематериальная субстанция" (Скляров). Развивая эту мысль, можно предположить, что духовно-нематериальная субстанция должна содержать в себе потенциально все мыслимое, включая абсурд и бред, включая и то, что не может быть мыслимо логически, и, вследствие этого, не может быть осмысленно в процессе человеческого мышления, но что, будучи сущим, может вторгаться в осмысленное как крошки скорлупы грецкого ореха в съедаемую орехово-шоколадную пасту- У Д.С.Мережковского есть, как мне кажется, пример такой "скорлупки", о которую ломаются зубы при попытке ее осмыслить: "Правда Закона в крещении - одна: "покаяние во остановление грехов". В чем же грех Безгрешного?-" (Мережковский, 184). И этот "грех Безгрешного Христа" - мыслимая, но не осмысляемая сущность, один из компонентов первичной духовно-нематериальной субстанции.
Очень интересным и важным показалось мне то обстоятельство, что исходя из существенно отличной от моей системы аксиом, Скляров подошел к аналогичному пониманию сложного феномена времени. Судите сами: "Также ранее рассматривалось и существование нематериального времени, на фоне которого происходят все процессы этого второго мира. Использование для описания явлений духовно-нематериального мира терминов затем, после, по мере того, как и т.п. есть не что иное, как разнесение событий в некоем времени. Наличие причинно-следственных связей в духовно-нематериальном мире является еще одним доказательством существования нематериального времени, свойства которого опять-таки могут отличаться (и в весьма значительной степени) от свойств времени материального" (Скляров). Думается, что не представляет труда изложить эту мысль в терминах эвереттовского времени.
Я намеренно не останавливаюсь на тех разделах и положениях трактата, с которыми готов спорить (и спорю с Андреем!), поскольку, как я уже говорил, споры эти пока не завершены и неизвестно, чем они закончатся в содержательном плане. Мне неизвестно также и то, какие еще плодотворные идеи встретятся на страницах этого пока "физически несуществующего" (сам Андрей как-то сказал, что у него нет полной распечатки трактата) источника. Завершая это совершенно незапланированное и, с точки зрения "нормального" книгоиздания, почти хулиганское дополнение, хочу выразить свое восторженное удивление перед "только что родившимся" великим чудом цивилизации, много превосходящим, по моему мнению, революцию Гетенберга - ИНТЕРНЕТОМ.